Михаил ВЕЛЛЕР

 Михаил Веллер

Российскому писателю стыдно быть богатым в бедной стране. Но богатство – понятие относительное. Когда я, стоя рядом с метро, голосую на такси, то для бабушки, которая продает у этого метро воблу, я богатый человек, а когда я сажусь в эти битые «Жигули», то для того, кто проезжает мимо в «Лексусе», я бедный человек. Я продукт передовых российских социальных нанотехнологий. Нам удалось создать средний класс вот толщиной в пленку, в одну молекулу. Вот, видимо, я принадлежу к этой тонкой пленке. Исчезающий вид. В зависимости от колебаний гонорара, вид делается то исчезающим, то опять появляющимся.  
Что есть справедливость, которая подразумевается всегда? Так вот, справедливость эта – инстинкт коллективного выживания, спроецированный на плоскость моральных отношений. Человек – существо групповое.  Выжили только те, кто групповое ставил выше личного. Все мы потомки этих людей. Одиночки уничтожались. Это происходило многие десятки тысяч лет. И когда в эпоху либерализма провозгласили примат печенки или почек над всем организмом, это начался тот самый пресловутый закат цивилизации. Что такое справедливость? Справедливость – это, примерно выражаясь по  Бентаму, это максимальное благо для максимального числа людей. И вот есть два вида богатения. Один из них – когда человек, богатея, что-то создает, поднимает страну и общество, и с ним богатеют его наемные работники, потому что он умнее, энергичнее, предприимчивее.
Второй способ богатения – когда груда добра уже есть, когда приватизируется государственная собственность, когда пилится бюджет, когда богатство идет не от плюса, а от минуса. И люди богатеют, но держава беднеет. И 5% чемпионов живут отлично, но 95 опускаются все ниже и не могут себе работу-то найти в этом мире.  Здесь вот еще какая важная вещь. В эту самую минуту где-то умирают от голода дети в Африке, где-то эпидемия в Азии, но… но это не у нас, мы-то живем здесь. Так вот, как говорил когда-то Скотт Фицджеральд, который был на тот момент сам знаменитым американским писателем: «Богатые, они не такие люди, как мы. Богатые живут в мире богатых».  Для богатых людей бедность – это абстракция. Это нечто, что вообще ни  персонифицируется живьем. Поэтому когда богатых – я ни в коем случае не про нас – начинают вешать на фонарях, они к этому всегда морально не готовы.
Поскольку у нас продолжает проседать база образовательная, научная, техническая и технологическая, то  в основном, богатые заняты тем, что зарабатывают деньги. Корень же зла представляется мне в том, ну, если называть кошку кошкой, в конце концов, профессия писателя – это давать вещам название, мы живем в классовом обществе, где господствует класс, я бы сказал, административно-финансовый. И желание, и интерес административно-финансового класса подменяет закон, каковой закон продекларирован, но на деле не действует. Какая конкуренция, какая антимонополия? Вот в этих вот условиях богатые вызывают массовую неприязнь. Ибо когда простой человек хочет снять маленькое помещение и открыть там свою маленькую булочную, он сталкивается с таким количеством трудностей и поборов, что уже в любом, кто разбогател, он видит взяткодателя. Простой человек у нас не хочет открыть маленькую булочную. Когда он собирается захотеть, то он перестает быть простым человеком. Становится уже непростым.  Если ему удается.
Мы обойдемся без любого олигарха, но без врачей и учителей мы не существуем. И они должны существовать не на подачи олигархов, а на свою законную долю. Но закон устроен в пользу богатых.         Когда знаменитый художник или знаменитый предприниматель, тот же Генри Форд, зарабатывает свои мультимиллионы, он их честно заработал, он оставил что-то на земле, своим умом, энергией, талантом он что-то совершил. Когда он это крадет юридически ненаказуемым образом, тогда он нехороший человек. Богатство само по себе не хорошо, и не плохо, все дело в том, как оно добыто и на что оно работает.
 
 

весь список

Интервью

115419   Москва
2-й Рощинский пр-д
д.8   стр.5   оф.4
т/ф: +7 495 232-21-73
e-mail: info@3rim.ru